Луговые озёра и окрестности (minaev_hutor) wrote,
Луговые озёра и окрестности
minaev_hutor

Филологиня об ужасах советской медицины

Оригинал взят у karhula в Филологиня об ужасах советской медицины
Оригинал взят у ieriki в Филологиня об ужасах советской медицины
Оригинал взят у miitronmaki в Филологиня об ужасах советской медицины
Оригинал взят у uborshizzza в Филологиня об ужасах советской медицины


В Топе очередной антисоветский пост про то, как была ужасна советская медицина.
Из статьи можно узнать интересные вещи:
«О том, что свои зубы в СССР вырастали очень плохие, все знают». А чужие зубы в СССР вырастали хорошие? Как интригующе!
«О том, чтобы рядовым работягам импланты ставили, я не слышала». А про то, что тогда еще не было этой технологии, она слышала? Она впервые в более-менее современном виде появилась в 1985 году в США.
«Сейчас люди, которым имплантация не по зубам, заказывают протезы. Но совсем не так было в советское время. В Союзе за протезами, сиречь вставными челюстями, тоже были очереди. Приоритетным правом на зубы обладали ветераны войны. В 80-х это были граждане за 60 лет. Остальные (например, 25-летние) дожидались своей очереди после очереди из ветеранов. Доступная медицина!».
«Сиречь». Исполать вашу мать!
Какие это 25-летние дожидались вставных челюстей?
«Даже во времена хрущевские, которые нынче принято считать эталоном изобилия, 10 таблеток левомицетина стоили, например, 65 коп., 10 таблеток той самой «тройчатки» — 45 коп., 10 таблеток опасного анальгина — 38 коп. А теперь — внимание! 73,51% советских граждан при Хрущеве жили на доходы менее 65 руб./мес. (это считалось границей достатка). 40% населения страны имели на нос менее 40 руб./мес. (прожиточный минимум). Получается, что всего лишь четверть населения Союза могли в месяц купить или 100 блистеров левомицетина, или 144 пластинки цитрамона, или 171 пластинку анальгина. Остальные 73 процента граждан не могли себе позволить и этого. 65 рублей по тем временам — примерно как 50 тыс. рублей сегодня. Представьте, если бы сегодня цитрамон за 10 таблеток стоил 350 рублей, анальгин — 290, и ничего, кроме них, в аптеках, по большому счету, не было. И слава богу, что не было — вы себе представляете, сколько бы это стоило?».
Кому нужны 144 пластинки цитрамона? Что за идиотские подсчеты? А с какой радости 65 хрущевских рублей равны сегодняшним 50 тысячам? Если уж это была средняя зарплата по стране, то их нужно приравнивать к сегодняшней средней зарплате, т.е. к 24 тысячам. Таким образом, 10 таблеток цитрамона должны сегодня стоить не 350 рублей, а 175 рублей. Он стоит сегодня дешевле, но ведь со времен Хрущева прошло 50 лет – технологии изменились.
«А что было в аптеках? Давно запрещенный почти во всей Европе анальгин, уголь активированный, аспирин, пенициллин, цитрамон (по-советски «тройчатка») и пирамидон вместо парацетамола. Еще были йод, зеленка и настойка боярышника. Кстати, были не всегда. Помните миниатюру Карцева и Ильченко «Склад»? Тогда даже пирамидон с перебоями продавался! ..Поэтому лечились в СССР, кто во что горазд: ставили банки, из ватмана скручивали воронку, вставляли в ухо и поджигали, печень чистили клизмой и растительным маслом. Настоящей сенсацией стал в нелеченной стране ипликатор Кузнецова».

Всего 9 лекарственных средств применялось в СССР. А лечились тем, что в ухе что-то поджигали.
Ну что кричать: «Автора, автора!», или «Доктора, доктора!»?

Автор – филолог Анастасия Миронова, 30 лет отроду. Доктор тут не поможет.
Я уже как-то писала об этой хабалке. Ее даже из петербургского филиала «Эха Москвы» выгнали – практически по анекдоту про блядь, которую за блядство выгнали из борделя.
http://uborshizzza.livejournal.com/3361067.html


Ранее она отметилась статьей про то, что люди в России уже фактически голодают.
Знаете, что об этом свидетельствует? Они называют продукты уменьшительными именами, употребляют слова «полакомиться» и «отдохнуть».
И то, и другое – признаки ужасной бедности, а ничего хуже, чем быть бедным, т.е. много работать, уставать и не есть деликатесы с утра до вечера, быть не может.

«Уменьшительные формы, применяемые к продуктам, выдают подобострастное к ним отношение. А подобострастие к творогу или яблокам возникает только у людей недоедающих, причем, недоедающих здесь и сейчас. И недоедающих не по вине стихии, катастрофы или войны, а по причине своей нищеты, своего социального неблагополучия. Недоедающие хронически. Ни в какой блокадной или военной мемуаристике вы не встретите повального употребления уменьшительных форм слов «хлеб», «молоко», «каша». Ели «хлебушек», пили «молочко» и жарили «рыбку» русские крестьяне, голодавшие сотни лет и при царях, и после них, тогда как дворяне с купцами все это время потребляли хлеб, молоко и рыбу. А вот половые в трактирах предлагали им «икорочку», «балычок» и «стерлядочку». В общем, помните: если вас в чьем-то доме угощают красной «рыбкой», вероятно, она была куплена в ущерб другим потребностям — например, вместо «курочки» детям. Пройдите по рынку, постойте у молочного отдела магазина. Прислушайтесь — все больше людей называют продукты питания с особенным придыханием: «мяско», «рыбка», «молочко». Они недоедают!»
«Страшное по своей разоблачающей силе слово «отдыхать», оно же «отдых». Знайте: люди, которые летят на отдых в Египет, скорее всего тяжело работают за небольшие деньги. Даже те, кто «отдыхает» в Мексике или Китае. Слово «отдых» выдает в них усталость от работы, которой они, вероятно, посвящают много времени и которую вряд ли любят, ведь от любимой работы устать сложно. Усталость, судя по всему, настолько сильная, что две недели путешествия по сравнению с ней кажутся отдыхом. А ведь путешествие — это тяжелый труд, отправляться в путешествие нужно хорошо отдохнувшим… Кстати, еще чудовищней слово «отдых» звучит применительно к воскресным пикникам с шашлыком и водкой или к пятничным походам в бар. Как же эти люди работают, если нажраться до полусмерти для них — отдых? В общем, если ваш поклонник сулит вам золотые горы, а сам зовет отдохнуть в той же Мексике, знайте, что перед вами уставший наемный работник, который вряд ли выберется из своей колеи — язык выдает в нем безысходность
».

Подобострастие по отношению к копченой рыбе!!!!! Вот еще прекрасное:

«Помните непомерно толстых советских детей, обмазанных манной кашей? А помните, почем их, итить твою мать, манной кашей кормили? Да потому что больше было нечем! Ребенку после прорезывания зубов требуется нормальный докорм: яйца, творог, мясной и рыбный фарш, овощи отварные. Вы где видели семью в Союзе, которая могла себе позволить хотя бы младенца хорошо кормить?».

Выдвигается идиотский тезис о том, что младенцам давали одну манную кашу, а потом идут одни эмоции. Более того,
«Да и с сиськой молочной проблемы были: допотопные советские гинекологи славились умением за три дня заработать родильнице лактостаз и мастит. Детей в роддомах содержали отдельно от матерей, с первого часа накачивали новорожденных смесью из сахара и сухого коровьего молока.На кормление матерям приносили детей раз в три часа и уже сытых. К выписке из роддома молока у многих уже не было, а были стоявшие колом синие сиськи, потому что врачи прогрессивные зачем-то заставляли грудь постоянно разминать (чего делать нельзя). СоскИ каждые три часа с мылом мыли и зеленкой мазали».
Допотопные гинекологи не могли знать того, что знает нерожавшая филолог просто Настасья. Кстати, в другой статье она обличает: «Наш человек всегда уверен, что может встать вровень с любым, не прилагая при этом никаких усилий по части повышения личного образования и уровня культуры». Вот чем кумушек считать, на себя бы оборотилась.

Кто это учил разминать грудь? Какой смесью младенцев кормили? Сцеженным молоком их кормили, а матерей учили сцеживаться, а не разминать грудь.

Заканчивается статья феерически: «Так выросло большинство. Оставшиеся в живых теперь утверждают, что выросли здоровыми».

Вот сволочи-то! Смеют считать себя здоровыми! Надеюсь, что Миронова о себе так не думает, да и никто о ней так не думает.

В следующей своей статье ТП Миронова пишет про то, что все, кто с ней не согласен, круглые дураки. ««Это очень страшно. Среди нас живут люди, которые именно по причине массированной артпропаганды скатились до уровня олигофрении».
Одна из основных черт наших людей — уверенность в своем праве оставаться в собственном невежестве и невоспитанности. Мне кажется, сотни две человек написали мне: «Ну и что? А я часто говорю „кушать“, „мясечко“, „лакомиться“, „еврики“, „работодатель“. Говорю и буду говорить». Они даже не понимают, что такие заявления — сродни тому, чтобы признаться: дескать, а я люблю горячий чай, всегда им швыркаю и буду швыркать. Или же так: «А я всегда желаю незнакомым людям приятного аппетита и называю туалет сортиром. Ну и что?
».

Обратите внимание: те, кто делают что-то не так, как ТП – считаются невежественными и невоспитанными. А с чего она считает себя воспитанной? Кто ей это сказал? Беднягу ввели в заблуждение. Пошутили, наверное, а она и решила, что является и умной и воспитанной.

Умные и воспитанные люди не пишут таких текстов.

Итак, Миронова (Глухова) родилась в Тюмени. Кто-то из ее родителей был товароведом. Окончила местный вуз. Дважды была замужем, один раз за англичанином. Прожила 4 года в Лондоне. Теперь живет в Петербурге. Занимается журналистикой. Ненавидит любой труд, считает тех, кто много работает, рабами и несчастными людьми. Ненавидит СССР, Путина, народ. Считает себя аристократкой.
Откуда это? Это от мамы-папы товароведа. Была такая мерзкая категория людей в СССР, причастная к распределению продуктов и товаров. Оттого, что им не нужно было стоять в очередях, оттого, что к ним униженно обращались просители, желающие заполучить тот или иной товар, их самомнение выросло до размеров мании величия. С молоком матери, видимо, передалось 6-летней дочке. Не знаю, как эта семья жила в 90-е, но раз заведшаяся в семье спесь выводится еще хуже, чем тараканы, а вернее, от тараканов в голове избавиться невозможно. А тут она еще и за иностранца замуж выходила, да в Лондоне пожила - все, туши свет. Ничего другого не остается, как на весь мир свое говно демонстрировать, думая, что это амброзия.
На самом деле полно у нас таких персонажей в СМИ.

А еще Мироновой все время страшно: «Страшно, да, жить среди таких людей? Правильно, бойтесь — этих людей очень много».
А мне не страшно, но очень противно, что на свете существуют такие люди, как эта Миронова.


Переход по щелчку В верхнее тематическое оглавление
 Переход по щелчку Тематическое оглавление (Политика)




Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments